Информагентство «Ледокол»

Previous Entry Share Next Entry
Международное положение от 23.08.2017 (текст). Часть 2
ledokol_ledokol
Международное положение от 23.08.2017
М.А – Марк Анатольевич Соркин
В.С – Владимир Сергеевич Васильев
Я.И- Яков Иосифович Кедми



М. А.: Так вот поэтому я и хотел Вас спросить, Яков Иосифович: а не начало ли это разрушения американского общества, когда они начинают уничтожать свою собственную историю?
Я. И.: Это говорит о всё более усиливающейся розни и деградации американского общества. К чему это приведёт? Я не знаю. Но если не остановятся, результаты могут быть катастрофическими для Соединённых Штатов в радиусе одного, двух, трёх поколений.
М. А.: Понятно. Владимир Сергеевич, у меня вопрос к Вам не столько как к политологу, сколько как к экономисту. Мы сейчас с вами в процессе разговора рассмотрели некоторые процессы, которые происходят в мире. Как, по-вашему, свидетельствуют ли эти процессы об общем кризисе капитализма? О том, что капиталистическая буржуазная общественно-экономическая формация зашла в тупик, и выхода из него не видно. Как Вы думаете, как экономист.
В. С.: Как экономист, я ещё раз говорю: да, те процессы, которые происходят, скажем, в Соединённых Штатах Америки, те, которые перекидываются на весь остальной мир, они говорят о том, что их можно подать в двух вариантах. Что в общем плане капиталистическая экономика, капиталистические порядки зашли в тупик.
М. А.: Я бы сказал – капиталистический способ производства.
В. С.: Да, капиталистический способ производства. Но теперь надо эти вопросы конкретизировать, что имеется в виду. Применительно к США сегодня важно понимать одну вещь…  В какой степени это характерно для развития было Европы – сказать сложнее, хотя эти закономерности Европа воспринимает тоже. Смысл этих закономерностей состоит в том, что общество и экономика уже давно живут в долг. Того фактора, которого не было никогда, потому что можно построить, можно взять любое предприятие - капиталистическое, современное какое-то, технологическое; и сказать: вот достижения последней научно-технической мысли, вот видите, всё крутится, всё вертится, техника работает – гениально… А есть второй вопрос – показать его экономику и сказать: в чём вы видите смысл этого предприятия? Ну как скажут: оно даёт большой экономический эффект, оно даёт прибыль – это признак растущей, развивающейся экономики. А представьте, вам говорят: всё это предприятие работает на погашение долгов. Она, эта страна, эта фирма, это отрасль – они банкроты! Им надо сегодня своё банкротство каким-то образом привести в форму в соответствии с содержанием. И вот этот процесс, который нарастает, те проблемы, о которых говорят, – рост госдолга, рост дефицита – страна просто давно привыкла жить в долг. И всегда стоит вопрос о том: как и когда она из этой ситуации выкрутится. И вот получается на сегодняшний день, что так Америка ничего и не нашла. Американская экономическая мысль, американские подходы – то за чем я внимательно слежу, не найдено никаких механизмов решения этой проблемы, углубляющейся долговой ямы. Кто-то расплатится на потом, кто-то погасит, кто-то за нас рассчитается. Вот в какой-то момент в этой ситуации вдруг станет предельно ясно, что прежде, чем что-то сделать дальше, с начала надо рассчитаться по старым долгам, по старым экономическим взаимоотношениям...
М. А.: Ну в таких случаях, я прошу прощения Владимир Сергеевич, говорят – война всё спишет.
В. С.: Это одна из теорий, кстати сказать, она может быть только действительно присутствовать как раз в марксистской, в левой литературе… Да, если посмотреть на начало многих войн, в особенности тех, которые велись в первой половине ХХ века, этот экономический фактор, фактор задолженности, фактор обременённости, он был чуть ли не самым главным фактором или самую главную играл роль в решении экономических проблем. Победить - списать каким-то образом и решить проблему долгов. Победителей не судят. Вот это тоже очень важный момент. Это то, что в Америке сложилось после Первой мировой войны и после Второй мировой войны. И после Первой мировой войны Америка вышла с колоссальной задолженностью, и было вообще непонятно что делать. После Второй мировой – аналогичная ситуация, и тоже непонятно что делать. Ну вот, победителей не судят. Вот на том подъёме страны, на той уверенности в своей силе (потому что из войны выходили и победители, и проигравшие) многие экономические проблемы решались. По крайней мере, если не в краткосрочном плане, а уж в долгосрочном плане так тем более. И Америка, если посмотреть, к концу двадцатых годов, к моменту начала Великой депрессии, свои долги списала, и примерно где-то к началу-середине семидесятых годов проблема задолженности, которая образовалась в ходе Второй мировой войны, Америкой тоже была решена. И потребовалось 25-30 лет, чтобы решить эту проблему. Что будет сегодня – сказать сложно. И это одна из причин, почему я с повышенной настороженностью отношусь именно к военному решению этих проблем. Она начинает вырисовываться по экономической логике, не совсем по военной логике, но по экономической – да. Надо что-то куда-то списывать.
М. А.: Понятно. Яков Иосифович, у меня ещё к Вам один вопрос. Мы сейчас с Владимиром Сергеевичем поговорили об общем кризисе капитализма, как Вы считаете, мигрантская проблема Европы – это тоже свидетельство кризиса капитализма? Что Европе нужен приток рабочих рук, потому что своё население, в общем-то, работать отказывается.
Я. И.: Проблема немножко другая. Проблема в том, что существует мировое неравенство. Мировое неравенство, которое идёт и с юга на север, и с востока на запад. То есть колониальное прошлое, войны, экономическая зависимость привели к тому, что неравенство в мире сохраняется. Частично, если мы говорим об Африке, история расплачивается с Европой за те грехи, которые они причинили Африке. За то, что богатство Европы на чём основано?
М. А.: На грабеже.
Я. И.: Богатство Великобритании, на чём встала эта империя?
М. А.: На грабеже.
Я. И.: На чём встала Французская империя? На чём встала Испания? На чём встали все эти государства?
М. А.: Да Голландия и Бельгия тоже…
Я. И.: Правильно. Голландия и Бельгия. Теперь расплачиваются. Но это произошло только потому, что внутреннеполитические устои Европы стали ломаться. Европа не хотела этих беженцев. Их бы не было, если бы не глупость европейцев и американцев в Ливии, Северной Африке и на Ближнем Востоке. С другой стороны, в Европе есть причины всего развитого мира – нехватка квалифицированной рабочей силы и нехватка неквалифицированной рабочей силы. Я думаю – это проблема временная. Она будет решена в течении ближайших 10-20 лет.
М. А.: Если Европа устоит эти 10-20 лет
Я. И.: Тогда это будет другая проблема, мировая проблема. Примитивную рабочую силу заменят роботы. И низкоквалифицированную рабочую силу заменят роботы. А что будут делать те, кто на большее не способны? Их миллиарды. А пока в Европе проблемы. В Европе ещё одна проблема – чисто демографическая. Россия, слава богу, с ней справляется лучше, чем Европа. Но в Европе она колоссальная, она просто вымирает, и демографическая проблема превращается в экономическую. Потому, что производительная часть населения становится всё меньше и меньше, а иждивенческая часть населения, которая ничего не производит, становится всё больше и больше. Как мир будет решать эти проблемы – я не знаю, у меня нет сегодня рецепта, но эти проблемы будут решаться. И не решение этих проблем, или запоздалое решение может привести к сильнейшим столкновениям, к сильнейшему мировому кризису, как в Европе, так и в других странах. Безработица сегодня во Франции или Германии приведёт к такому всплеску, что 1933-й год покажется детской игрой по сравнению  ….?  (51:57). То же самое в Соединённых Штатах. Совершенно точно я согласен: экономика очень связана, и в сущности на развитие событий экономика повлияет, как в положительную сторону, так и в отрицательную.
М. А.: Абсолютно с Вами согласен, Яков Иосифович. Могу только добавить, что рецепт выхода из этой ситуации был найден в середине ХIХ века, и звучит он так: «Пусть господствующие классы содрогаются перед коммунистической революцией! Пролетариям нечего терять кроме своих цепей. Приобретут же они весь мир».
Я. И.: Революция ломает всё. И пока ещё революции не смогли привести к чему-то полезному, а только через 20, 30, 40, 50, 100 лет после их свершения.
М. А.: Безусловно, но, если бы их не было – не было бы и результата.
У нас есть вопросы в чате?
Вопрос 1. Будут ли США отстаивать гегемонию доллара военными методами в условиях нарастающего влияния Китая в АТР (Азиатско-тихоокеанском регионе)? Не станут ли Япония и Южная Корея «мясом» в грядущем возможном конфликте?
Я. И.: Для того, чтобы отстаивать военными методами, необходимо, чтобы была достаточная военная сила, а этому противостоит китайская военная сила. Кризис будет нарастать, гонка вооружений, напряжённость. Но попытаться решить проблему доллара военным способом – может прийти такая идея, могут использовать, как это бывало раньше: давайте маленькую войну, которая решит все наши проблемы. Это было 1905-м году в России, это было также и со стороны некоторых стран в начале Первой мировой войны. Попытки такие могут быть, хорошим они ничем не кончатся, проблему они не решат.
А в отношении народов заложников, ну так сейчас Северная Корея (оговорка? 54:26)и Япония были заложниками авантюры американцев в Северной Корее. Они на этом остановились. Остановятся ли в следующий раз – я не знаю.
Вопрос 2. Что думаете по поводу протестных движений в США? Слышал про Манифест темнокожих об изъятии собственности у белых и.т.д…
В. С.: Я просто коротко продолжу ту мысль, которую высказал Яков Иосифович. Дело всё в том, что все эти сносы памятников, переписывание истории - в этом есть один важный момент: они отражают не некую статичную ситуацию, что у кого-то изменилось представление об истории, а это происходит главным образом вследствие изменения американской демократии. Америка постепенно перестаёт быть обществом белого большинства и становится обществом расово-этнических меньшинств. Сейчас белое население – соотношение два к одному. Два – это белые (стопроцентные белые, – назовём их так) и одна треть – вот эти этнические меньшинства. Есть все основания думать, что уже лет через десять, пятнадцать, Америка действительно перестанет быть обществом белого большинства. И вот тогда, на фоне этих расовых и этнических изменений, придёт иное понимание очень многих проблем. Коротко можно сказать просто одну вещь. Америка, в этом смысле, - я её называю уникальным или специфическим обществом (с этим можно соглашаться или нет), но смысл состоит в том, что очень многие вещи, которые происходят, или происходили в Америке, написаны белым большинством. Они написаны с точки зрения морали, с точки зрения истории, с точки зрения даже понимания многих процессов белым человеком. Например, может быть, белый человек считал, что должен быть принцип незыблемой частной собственности, а вот афроамериканцы, может быть, так никогда не считали, для них эта не было священной коровой. И вот то, что сегодня происходит - идут две вещи. Первая – это антибелая, то есть антипонимание, что если было раньше какое-то понимание, то теперь в пику этому нужно предоставить контрпонимание. Если что-то раньше утверждалось как дважды два – четыре, то теперь надо утверждать, что дважды два – десять. И второе идёт более сложный процесс понимания этими этническими меньшинствами своего понимания того каким образом должна строиться экономика. Я хочу сказать, почему стают вот эти «белые» вопросы. Применительно к экономической сфере торжествует и имеет права гражданства в американских этнических меньшинствах, что экономический прогресс Америки был достигнут за счёт эксплуатации. За счёт ущемления прав этнических меньшинств, за счёт того, что они там жили в нищете, имели невысокий жизненный уровень… И вот благодаря этому процветало белое большинство. А сегодня пришла другая вещь, её иногда у нас хорошо знают – отнять и поделить. Приходит чувство, если так можно выразиться, исторического реваншизма: «вот 100 лет афроамериканцы были угнетаемым и обделённым меньшинством, сегодня надо восстановить историческую справедливость. Надо сделать так, что тот экономический ущерб, который был причинён, его надо компенсировать». Вот это и есть экономика с другой стороны – экономика тех долгов и дефицитов, о которых я говорил. Она приходит именно применительно к этой сфере. Прежде чем развивать, повышать производительность труда, повышать квалификацию, нет – «давайте рассчитаемся по старым экономическим отношениям. «Вот мы тут посчитали, вы, белые, должны нам, скажем, афроамериканцам сто миллиардов долларов. Будьте добры, их выплатите». Это такая логика. Более того, это я не выдумываю, это практически записано в официальных, полуофициальных документах, имеются соответствующие обоснования, экономические исследования, которые именно подчеркивают и показывают, какое количество, какой объем экономических благ должны в виде компенсации за историческую справедливость или несправедливость, получить вот эти этнические меньшинства, которые действительно считаются угнетаемыми и обездоленными в классической марксистской формулировке.
Вопрос 3. Что вы думаете по поводу закона о декоммунизации в Украине? Я там живу и сами без страха по улице в буденовке не хожу.
Я. И.: Можно принимать любые законы и называть их как угодно. Дискриминационный закон, который больше свойственен фашистским режимам или нацистскому режиму. Что о нем можно говорить? Пока он будет действовать – он будет уродовать Украину, украинскую молодежь, украинское население, будет позором на Украине. Придет время, когда все эти законы отменят, как и нацистские.
Вопрос 4: Не связано ли усиление разрушительного потока эмиграции в Европу в связи с повышением у народов стран Европы антисемитизма в последние годы?
В. С.: Вы знаете, я прямой связи особо не вижу, потому что все мое понимание на сегодняшний день миграционных потоков, к сожалению, это философия, если хотите, «мучных червей». В Европу едут потому, что там жить лучше. Вот эта тенденция, что там жить лучше, там комфортнее, я думаю, что это и движет основные миграционные потоки из стран ближнего и среднего Востока, из северной Африки, но я уже не говорю о том, что эти регионы действительно оказались в состоянии войны, там действительно людей убивают, там просто жить опасно и в этих районах ну просто идет гражданская война. Эта гражданская война и конфликты уже и северную Африку охватили, ближний и средний Восток. И многие другие процессы… Поэтому из этих регионов просто народ бежит туда, где лучше. И в условиях, когда вот возникло какое-то сложное переплетение вот этих глобализаций, когда европейский континент стал открытым, пронизанным такими вот связями или возможностями для переезда, то как раз этот поток возник. Ну ещё есть у меня другое представление. Наблюдая, может быть, вблизи, непосредственно в Европе. У меня, я бы даже так сказал, может быть это даже прямо противоположный процесс, мне показалось, что это политика правящих классов, которые боятся своих народов. Они боятся, может быть французская, назовем, буржуазия – она боится Франции, немецкая буржуазия или крупный капитал – боится немцев, и так далее, и тому подобное. И вот для того, чтобы создать конкурентную среду в низах общества, будь то французского, испанского, немецкого, британского. Вот идет инфильтрация этих людей, инфильтрация эмигрантов, т.е. людей, исторически, скажем, не связанных, не имеющих корней в этом обществе и в общем эти потоки мигрантов, на сколько я понимаю, вот эти исследования, которые были проведены, они, даже их терроризм, если хотите, это – тот тупик, в который они попадают, они не могут предложить альтернативу. Представляете, ну могут ли мусульмане создать Национальный Фронт Франции и предложить Франции иной вектор развития, сказать, что «вы знаете, вот Франция не так развивалась, теперь мы обращаемся к исконным французским ценностям и говорим нет, мы должны создать другую Францию». Вот я думаю, что правящие круги как раз внизу общества создают вот эту конкурентную ситуацию, конкуренцию за рабочие места, за зарплаты. Вы знаете, и как бы низы общества, ну если хотите, дисциплинируются, низы, ну по крайней мере до поры до времени, этот процесс сложный, но идея была, возможно, всегда, именно такова, вот это вот создать, если хотите, вот таким вот образом создать стабильность в низах и воспрепятствовать формированию вот этих массовых протестных движений, ну даже хотите в рамках тех идей, которые развивали социалистические, коммунистические идеи, как альтернатива вот данному способу производства. Вот поэтому неслучайно, что, например, формирование Евросоюза быстренько очень привело к усилению миграционных потоков. Это нужно было именно для стабилизации вот этого, если хотите, капиталистических порядков, которые были кодифицированы Евросоюзом. И вот поскольку они кодифицированы были, надо было создать некую ситуацию, ну если хотите, безальтернативности, а для этого нужно, как ни странно, изменить этнический состав населения.
Вопрос 5. О чем Нетаньяху с Путиным переговаривались? О возможной совместной операции турок и Ирана на севере Ирака?
Я. И.: Встреча была утром… Я, конечно, польщен, что вы так цените мои способности, что я знаю, о чем они говорили.
М. А.: Ну известно только о том, что Нетаньяху признал право России на участие в постройке комплекса Собибор, а больше пока ничего неизвестно.
Я. И.: Я не думаю, что для этого он приезжал. Ни наш премьер-министр, ни ваш президент передо мной ещё не отчитались о встрече. Может быть позже, но до этого часа они мне не звонили. Такое бывало в прошлом, но не сейчас. Я думаю, что основная тема их разговора была, это то, что решил предложил обсуждать наш премьер-министр и это цель была приезда – как не допустить нахождение иранских войск и проиранских милиций, Хизбалла и шиитских группировок, которые пришли в Сирию во время войны, после окончания военных действий. Израиль, наш премьер-министр заявил: «Для нас это нетерпимо на границе Кадусабели и мы должны будем с этим что-то делать. Позиция России на этот счет она была, она известна, и я думаю её также огласил президент России, вчера о ней высказался посол России в Израиле – Россия против того, чтобы какие-нибудь иностранные вооруженные силы остались на территории Сирии по окончании военных действий. Это конечно не относится к российским базам.
Вопрос 6: Что в Украине, что в ОРДЛО (Особые Районы Донецкой и Луганской Областей) вымываются коммунистические идеи. В Украине – агрессивно, в ЛДНР – игнорируют, с обоих сторон людям в головы льют новые нацидеи. Долго ли может быть этот период реакции?
В. С.: Ну это общая тенденция развития наших обществ и стран. Понимаете, на сегодняшний день коммунистическим или социалистическим идеям официально в общем и российские власти противодействуют, или уж по крайней мере не стремятся их популяризировать. На Украине идет, естественно, проблема декоммунизации. Ну а почему это происходит в районе, скажем, ДНР и ЛНР, ну это понятно, потому что, если сегодня в этих районах будут, скажем, эти идеи проповедовать и популяризировать, и то это все должно делаться с ведома руководства, то эти республики могут или эти образования могут попасть просто под перекрестный огонь и их будет, как говорится, не воспринимать Киев по определению, но к ним будет относиться настороженно и Москва, тоже по определению. Поэтому здесь, насколько я понимаю, есть просто проблема политической и экономической целесообразности, тем более, что сейчас перед этими районами стоит просто проблема выживания. Вот тогда, когда немножко там устаканится, когда будут ясны перспективы развития, а мы об этом говорили: это перспектива может быть в составе Украины какой-то шаткой, но мы знаем, что есть и вторая перспектива – это уход из Украины и уже развитие в составе Российской Федерации. Вот после того, как эти моменты как-то определятся со статусом, ну тогда уже можно будет думать о вопросе о том, как устроить жизнь, по каким принципам, что будет нужно, что не будет нужно и т.д. Вот, с моей точки зрения, как обстоит сегодня положение дел с идеологическим фактором на этих территориях. Тем более, которые сейчас просто ведут такие скрытые военные действия. Все.
М. А.: Ну что ж, уважаемые зрители и читатели информагенства «Ледокол», позвольте мне поблагодарить наших экспертов. Спасибо, Владимир Сергеевич.
В. С.: Спасибо.
М. А.: Спасибо вам, Яков Иосифович, ждем вас снова к нам. Вы сами видите, что наши читатели и зрители с большим интересом относятся к вашим мнениям и высказываниям.
Я. И.: Спасибо.
М. А.: Уважаемые зрители и читатели информагенства «Ледокол», вы прослушали нашу очередную передачу по международному положению. Мы сегодня не останавливались на тех или иных событиях в том или ином отдельно взятом регионе, мы пытались рассмотреть проблему общую, что происходит на нашей планете. И вот сегодня, как выяснилось, то ли косвенно, то ли, как говорится, в прямую, то ли ещё каким-то образом, наши эксперты подтвердили, что общий кризис капитализма наступил, что выхода из него не предвидится, что обеспечить достойной жизни всему населению Земли капиталистический способ производства не может. И не случайно я сказал, что ответ на этот вопрос был найден в середине 19-го века, я могу его только повторить: «Пусть господствующие классы содрогаются перед Коммунистической Революцией! Пролетариям нечего в ней терять кроме своих цепей. Приобретут же они весь мир!» Поэтому, товарищи, думайте! Думайте куда нас завели вот эти 26 лет реставрации капитализма в России. Нам постоянно говорят, что надо смотреть вперед, нечего оборачиваться назад, но нас сегодня привели как раз назад, нас привели в промежуток между февралем и октябрем 1917 года. И вот нам надо идти вперед, восстанавливая социализм! Спасибо вам, товарищи, за то, что были с нами! Думайте! С вами был я – Марк Соркин и информагенство «Ледокол». До свидания.

?

Log in

No account? Create an account